Байкальский бизнес-парк: как под видом «экотуризма» нацпарк превращают в кассу

В Иркутске на туристическом форуме снова заговорили о «развитии рекреации» на территориях нацпарка. Красивые слова, презентации, слайды с глемпингами и ухоженными пляжами — всё как положено. Но чем чаще чиновники из «Заповедного Прибайкалья» говорят про заботу о природе, тем сильнее торчит наружу их настоящий интерес — деньги.

Слушаешь их заявления и невольно думаешь: а о природе-то кто вспомнит? О том самом Байкале, который они по идее должны охранять, а не сдавать в аренду кусками, словно пустырь на окраине?

На форуме рассказывали, что в нацпарке «не планируют строить новые гостиницы и турбазы». Мол, хотят только «кемпинги, глемпинги, пляжные зоны и объекты питания». Словно это что-то принципиально другое. Как будто поставленный заборчик и шезлонги по тысяче рублей в день — это не коммерческая инфраструктура, а забота о туристах. Попахивает лицемерием.

И смешнее всего, что делается это под лозунгами «бережного отношения к природе». Не новое это дело. Годами руководство нацпарка рассказывает о миссии охраны, а на деле закрывает глаза на мусорные свалки в лесу, на хаотичную застройку, на браконьерский улов того же омуля, который почему-то чудесным образом оказывается на столах на «частных» базах отдыха.

Попробуйте пообщаться с местными — картина абсолютно другая, чем на форумах. Для людей «Заповедное Прибайкалье» давно перестало быть про охрану природы. Там нельзя собрать хворост, нельзя вытащить удочку, нельзя пройти по тропинке без оплаты — зато можно строить турбазы. Нельзя местным жить, но можно приезжим зарабатывать.

И вот теперь они снова говорят о «поддержке инвесторов». О консультациях, «помощи в реализации проектов». Ничего нового — просто на очередную территорию уже прицелились. Ведомство годами живёт в режиме постоянной монетизации Байкала. И эта новая «стратегия развития» — просто ещё один шаг.

С 2024 года в нацпарке формируют «план рекреационной деятельности». Звучит солидно. По факту — очередной способ легализовать то, что и так планировалось: строительство зон отдыха, парковок, смотровых площадок, точек питания. Удобно, когда под видом экопросвещения можно поставить очередную платную стоянку.

Их любимая фраза — «перераспределение туристического потока». Перевод: как бы так сделать, чтобы платили не только там, где уже платят, но и на новых территориях. Чтобы каждый береговой участок, каждая тропа, каждый пляж были кем-то «обслуживаемы». А значит — приносили деньги.

На вопросы о свалках руководство разводит руками: «Это туристы мусорят». На браконьерство — «Это к нам не относится». На незаконные постройки — «Разбираемся». Но стоит зайти разговору о частном бизнесе — появляются и консультации, и поддержка, и «потенциал развития».

Охрана Байкала давно превратилась в маркетинговый слоган.

Вот простой пример, который местные приводят снова и снова: дорогу в Онгурён отремонтировать нельзя, потому что «ООПТ, нельзя вмешиваться». Но построить турбазу — можно. Поставить заборчик на берегу — можно. Пустить тяжёлую технику — можно. На природе забота кончается там, где начинаются интересы инвесторов.

И каждый раз одно и то же: когда местные поднимают вопрос о природе, их обвиняют в протестной истерике. Когда инвесторы заходят с проектом — их встречают с распростёртыми руками. Это не просто двойные стандарты — это абсурд.

Если бы руководство действительно заботилось о Байкале, они бы начали с того, чтобы навести порядок на существующих территориях.

И пора уже признать очевидное: нынешнее руководство нацпарка давным-давно утратило связь с миссией, которую должно выполнять. И на территории, которая является мировым природным наследием, давно назрела масштабная проверка. Причём не формальная, а настоящая — с участием экологов, местных жителей и независимых экспертов.

Менять надо многое — и начинать следует с руководства.

Заповедники создавались для того, чтобы охранять природу, а не сдавать её в аренду под палатки с вайфаем. Байкал — не проект, не инвестиционная площадка, не источник бесконечного дохода. И если в ближайшие годы здесь не остановить коммерческий беспредел, то вместо уникального озера мы получим огромный, красиво оформленный, но глубоко больной парк аттракционов. И тогда никакие глемпинги его уже не спасут.